Первая постинститутская гордость. Она же - первая работа после диплома. В 2017-2018 гг я работал в команде у театрального художника по костюмам Светланы Синицыной сразу на двух проектах: на Кремлёвской Ёлке и на телесериале «Бессоновъ». И пожалуй, творчески я был счастлив тогда. Не на сериале - на Ёлке. Мне было поручено изготовить маски для танцоров балета. Я уже не помню, сколько штук…. Много. Это были персонажи-куклы: Петрушка, Щелкунчик и кукла-девочка; и были длинноносые, напоминающие комариный хоботок, маски придворных главного злодея - Мрака. Светлана нарисовала превосходные эскизы персонажей, и по ним я уже работал. В личной жизни была ж***, хотя уже была дочь, и всей душой (ну практически) я был на этом проекте. Тогда впервые открыл для себя такой материал, как скульптурная масса, которую впоследствии использовал в первых щитах, и не только. Здесь я совмещал её с техникой папье-маше - и получилось то, что потом зрители видели на сцене. Эта радость и волнение от того, что твою работу видит столько людей, какую важную роль она занимает во всём визуале постановки, чувствовать себя и своё мастерство значимым, - это невероятный был кайф! Отношения с художником не сложились на сериале (я был очень незрел), и больше мы не пересекались. Впоследствии не раз я подрабатывал на театральных проектах, но уже в качестве костюмера, и там моя роль не была уже такой значимой, даже скорее, совсем незначимой. Но зато я влюбился в театр и его закулисье, со всеми его грехами, и противопоставил его подлинную, творческую Жизнь, такую яркую и живую (простите за тавтологию), неординарную и искреннюю - современному кинопроизводству. Наверное, я несколько жалею, что не постарался в нём закрепиться и утвердиться. Наверняка мог. Но не хватило уверенности в себе и амбициозности, но и оставаться легкозаменимым костюмером, исполняющим только чужие авторские идеи, мне больше не хотелось. И я порвал с театром. Но, думается мне, что если бы меня сейчас вдруг позвали, и дали действительно творческую задачу, я бы пошёл. И найди я там своё место, вероятно, и остался бы насовсем. А вы любите театр?